Слепой не знает жалости, не ведает ее определения. Он слышит, как легкие Дома подбираются, насыщаясь кислородом, а потом опустошаются на ровном выдохе. Он сам живет так же: без шума и суеты, просто дыша ровно и безумно спокойно, не думая ни о ком другом и не желая, чтобы думали о нем. ==>

поиск игры новости банк награды услуги шаблон игры
гостевая правила f.a.q роли нужные хочу видеть
TonyNatashaMoriartySebastianWandaMagnusAliceErik

Пс, амиго, есть товар, отойдем, поболтаем? Новомодная штучка - crossray называется. Вызывает сильную зависимость, но имеет свои плюсы: вдохновение и соигроки на любой фандом.

Crossray

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossray » Другой мир » Смерть - еще не повод для знакомства


Смерть - еще не повод для знакомства

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Смерть - еще не повод для знакомства

http://s5.uploads.ru/t/UVehy.gif    http://sg.uploads.ru/t/pDwiU.gif

психиатрическая больница, Колумбус, штат Огайо

2018 год

John Constantine & Harley Quinn

Многие из нас бегут от собственных демонов, но обретают в итоге новых. Впрочем, не будем о демонах: с ними опытный экзорцист худо-бедно справится, а изгнать из своей жизни девушку, которая очень хочется в ней остаться, может оказаться задачей ему не по зубам.

+4

2

Джон скучающим видом обвел всех участников групповой терапии и зевнул так, что рисковал получить вывих челюсти. Блюсти приличия и прикрывать рот было лень, он и без того развалился на стуле и скрестил руки на груди всем видом демонстрируя, насколько ему плевать на происходящее. Конечно тут было неплохо - тепло, сухо, мухи не кусали, да и вообще уже было как дома, разве что почище, да жрать давали регулярно, хотя и не слишком изыскано. Но не давали выпивки и сигарет, так что настроение было паршивым, да и любви к миру не прибавлялось, поэтому он щелкал зажигалкой, нервируя окружающих и лишь скалясь в ответ на просьбы убрать её.
Ещё, говорят, это небезопасно и нужно тоже сдать, как и почти всё на входе в это богом забытое заведение, где психи выглядят немногим лучше, чем одержимые. Разве что тараканов тут меньше, но в остальном убогий санаторий. А сдался он сюда в руки мозгоправов добровольно, причем не первый раз, хотя и после первого не особенно видел смысла в лечении, но приятно иногда было обмануть самого себя и сделать вид, что он всё ещё пытается завязать с экзорцизмом и стать нормальным человеком. Интересно только, в каком месте он должен был стать нормальным; разве что атрофировать окончательно совесть, которую и без того жрали все подряд бывшие подельники и напарники, любовницы и прочие непонятные личности, которые считали, что он виноват в их смерти. А ведь он их всех предупреждал, что плохо закончится общение с ним, что всё это не шутки и бла-бла-бла, видимо его слушали и автоматически заменяли на это все слова, потому что ничерта они не слышали и не понимали, когда били себя пяткой в грудь, что готовы идти до конца. Ну да, до конца дошли, но что-то сразу восторга поубавилось и жить снова захотелось, а он во всём теперь виноват. Сволочи, спать спокойно не дают.
Джон распластался на неудобном стуле ещё больше, запрокидывая голову к потолку и с трудом подавляя наступающую зевоту; на потолке тоже ничего интересного - белая штукатурка, в меру грязная, без особых трещин. Ну и дыра всё-таки эта клиника, даже живительное лечение электрошоком особой бодрости и новизны ощущений уже не добавляло, превратилось в рутину и обыденность. Видимо пора было искать другие способы расслабиться и отвлечься от упекания демонов обратно в ад, откуда они начинали всё чаще высовываться хозяйничая на земле.
Когда Константин уже практически стёк на пол, он поймал себя на том, что прослушал уже две исповеди сокамерников, а новая ничем не отличалась от предыдущих по заунывности и омерзительности заглядывания в глаза как-то снизу вверх, чтобы точно больным и убогим сочли и поверили, что вся так херня, которую они тут несут, чтобы не работать и жрать на деньги налогоплательщиков, действительно им видится и они в неё верят. Ну, с воображением и них было плохо, можно было как-то поинтереснее врать. Он стек окончательно и плюнул на весь этот сеанс; плюнул бы не фигурально, но типа тут это было не принято, так что он просто свалил не слишком заботясь о том, заметят его поступок или нет. Кажется, тут уже привыкли, а ещё курить хотелось дико, так что время было прогуляться до заначки, оставленной ещё с прошлого раза, и водворения мира в душе.
Никотин действительно подействовал благостно: даже удивительно, насколько бывают важны подобные мелочи, хотя, те ещё мелочи, если учесть, что у него была зависимость, выработанная выкуренными по блоку сигарет за день с шестнадцати лет годами. Так что сигаретный дым теперь казался слаще любого аромата и желанней, нервы так точно успокаивал, а то хотелось уже вытрясти из парочки местных прохиндеев душу, чтобы неповадно было так безбожно врать.
Обратно он возвращался засунув руки в карманы больничных штанов развязной неторопливой походкой смотря на все куда более благосклонно и медитативно; в сущности, сейчас бы ещё бутылку вискаря, так и вообще жизнь можно было бы назвать штукой сносной и в чем-то даже приятной. Приятно было не скакать через всю карту от одной напасти к другой, потому что он решительно задолбался чистить это дерьмо за малолетками, которые игрались и потом вызывали какого-нибудь демона по нагугленному в интернете заклинанию и не могли запихнуть обратно, так что всей тёплой компанией перекочевывали в ад, то кто-нибудь решал сдуть пыль со старых семейных гримуаров и устроить соседям Судный день. Корова, наверное, молока давала у них больше - отличный повод проклясть всё и всех, чего бы и нет? Вытащить из запечатанного артефакта злого духа, пролезть в захоронение, которое закопано где-то в песках подальше от придурков-кладоискателей - это у них считается наукой, мать вашу, и искусством. Гребаные археологи, когда ж все перемрут уже и перестанут вытаскивать на свет божий всякую херю? Словом, нужен был отпуск.
В то, что он завяжет с экзорцизмом и займется разведением капусты (бумажной, разумеется), он как-то сам не верил и даже не пытался обмануть, как делал это в первое попадание сюда - всё равно придется идти и разгребать за другими все эти помои, но пока можно было поспать и пожрать за казенный счет. А ещё побазарить с забавными докторами, которые до сих пор как-то странно сглатывали при виде его визитки и грустно уточняли весь перечень его умений, будто бы считали, что от этого слова на картоне изменятся на что-то более привычное их скудному умишку. Пора было бы уже привыкнуть и встречать его бутылкой, а не всем этим.
Кстати, у него был ещё назначен сеанс с мозгоправом. Индивидуальный, прямо его звездный час.
- Привет, док! - Джон ввалился в кабинет привычно ухмыльнувшись и приваливаясь к косяку, как если бы приехал к другану, с которым самое время выпить и побазарить за жизнь. К его удивлению, вместо лысоватого ублюдка, заикавшегося где-то на слове "демонических", перед ним оказалась фигуристая цыпа. Нет, ну это, конечно, приятная смена экспозиции, знакомые говорили, что он де и с того света ради бабы вернется, а тут целый час душевных разговоров с блондиночкой. Он осклабился, проходя внутрь всё ещё не вытаскивая руки из карманов. - Лапа, ты новенькая тут что ли? И что, в моих мозгах копаться будешь? Давно из школы то вышла, кис? А то даже не знаю, можно ли при тебе что-то говорить.
Он плюхнулся на кресло напротив доктора и скрестил руки на груди - день становился поинтереснее, хотя он был уверен, что девица через пятнадцать минут отсюда вылетит с визгом. Но он даже готов ей подарить свою визитку, что он и сделал, порывшись в карманах и достав в меру замусоленную и помятую картонку, шулерским отточенным движением кинул на стол перед ней лишь немного подавшись вперед, а потом снова откинулся на спинку и стал наблюдать за реакцией.

+1

3

ха

ха

ХА!

Смех спешил вслед за Харли, бежал за ней по обшарпанным коридорам больницы, по пути рассыпаясь на составные части, разбиваясь о стены, оставалось лишь эхо, следовавшее за ней по пятам, точно тень. Смех - уникален, точно отпечатки пальцев, это нечто личное, до сих пор забиваемое в людях правилами приличия. Кто-то считает, что прожитые годы изменяют людей и меняют мир, но это не так. Содержание остается прежним, меняется лишь форма, будто бы ювелир придает камню огранку для новой оправы. Вот и людям приходится втискивать себя в постоянно обновляющиеся внешние обстоятельства, но какие-то вещи оседают в подсознании, текут в венах, являются частью тебя. Вот люди и до сих пор стыдливо прикрывают рот, когда громко смеются, боязливо озираются по сторонам, словно люди, которых застукали за весьма непристойным занятием. Первое, что запомнила Харли, первый и самый важный урок, полученный от Джокера: смех - вещь очень личная, в некотором смысле даже интимная...

Не скрывать свои чувства - еще один важный урок, от того, кто презирал всякие условности и ограничения. Вижу. Хочу. Беру. Для него все было просто, но девушка ввязалась в игру, правила в которой устанавливала не она. И ей это даже нравилось, но это было давно и неправда. Что было, то было. Прошло, растворилось в воздухе, точно дым, приходит иногда, флэшбеками, накатывает и исчезает, оставляя привкус горечи. Но у Харли слишком насыщенная жизнь, чтоб сфокусироваться на чем-то одном. Джокер - перевернутая страница, прочитав которую, девушка запомнила лишь то, что полезно для нее. Например, то, что дела нужно доводить до конца. Он ничего никогда не забывал, никому не прощал и не оставлял без внимания. Вот и девушка себе взяла за правило следить за тем, чтобы обидевшие ее ублюдки всегда получали по заслугам.

Но беда в том, что ублюдки хорошо умеют прятаться. Почему есть собаки, которые ищут наркотики, а вынюхивать ублюдков собак не обучают? Это так неправильно, наркотики легко найти, маленькой девочке всегда просто встретить незнакомца, который предложит ей конфетку. Ублюдка в принципе тоже не так сложно достать, но нужного ублюдка - задача порой трудно выполнимая. Собаки-ищейки для ублюдков. Отличная план, который можно будет реализовать в свободное время. Пока же Харли шла более трудным путем: у конкретного задевшего ее ублюдка была мама, которую он регулярно навещал в психиатрической лечебнице. Поэтому настало время снова влезть в шкурку врача. Не в буквальном смысле, к счастью, а просто устроиться работать в эту больницу, чтобы получить доступ к необходимой информации. Быстрое разочарование: никаких контактных данных. Смена плана на ходу: остаться здесь еще на пару недель, чтоб встретить его личного во время очередного визита. Неожиданное открытие: миссис, вернее пани Горски - женщина с невыносимым характером. Неудивительно, что помещение ее в лечебницу было единогласным желанием всех родственников, и лишь сын приезжал ее навестить, получая в ответ каждый раз порцию придирок, жалоб и прочей необоснованной критики, являющейся отражением стремления этой старой леди критиковать все, что находится в пределах ее видимости. Однако, сын принимал это близко к сердцу и уезжал каждый раз, выглядя крайне расстроенным, как удалось выяснить Харли. Эти новости в совокупности с личной встречей с пани Горски, оставившей неизгладимое впечатление, заставили задуматься девушку, а не наказан ли он достаточно, имея такую мать. Вспомнив нанесенный ее делам ущерб, Харли все-таки решила, что хочет поквитаться с ним по-своему, поэтому продолжила зачеркивать на календаре утекающие дни, неминуемо приближаясь к обведенному красным цветом.

- Тесса, как дела? - приветливый оклик отвлек девушку от мыслей о природе и характере смеха. Энни. Любимица всей больницы, девушка с самым добрым сердцем, ее слушаются беспрекословно даже самые буйные пациенты. Впрочем, таких здесь почти нет, все-таки это не профиль этого учреждения. Но людей вроде пани Горски, которые доведут даже самого спокойного врача своими высказываниями, очень много. С небольшим запозданием Харли отозвалась на псевдоним, под которым она устроилась работать сюда:
- Энни! Все отлично! У меня сейчас сеанс с пациентом, заходи потом в гости пить чай.

Поболтав немного с коллегой, подружиться с которой удалось за столь короткий срок, Харли направилась к себе в кабинет. Чаепития она вообще устраивала часто, притом довольно масштабные. Самый простой способ расположить к себе людей - кормить их. Пицца, суши, бургеры и картошка фри... Харли успела даже получить скидку в некоторых близлежащих кафе, предоставляющих услугу доставки готовой еды. На собственном опыте она убедилась, что в таком замкнутом коллективе сплетни любят, как хлеб насущный. Чтобы тобой не интересовались, не рылись в твоем прошлом, выискивая пикантные детали, запомнись чем-то другим. Например, стань тем, кто организовывает посиделки с вкусной едой, и большего людям от тебя не будет нужно.

В собственном кабинете Харли появилась на пару минут раньше, чем пациент, поэтому и не успела заскучать. Мужчина неопределенного возраста пришел к ней на прием впервые. Харли даже назвала бы его совершенно неопределенным мужчиной: трудно по его внешнему виду сказать, откуда он, чем занимался, сколько у него денег, какие интересы и увлечения. Впрочем, судя по тому, как он сразу начал себя вести, будто бы это его кабинет, а она здесь лишняя, глупая птичка, девочка-практикантка, можно было сразу понять, что этот сеанс скучным не будет. На одном из последних девушка даже уснула. Он небрежно бросил ей на стол визитку, и, поднимая ее, Харли ожидала увидеть там все, что угодно, кроме...

- Берни!* Ты посмотри-ка! Экзорцист, демонолог и мастер оккультных наук. Наконец-то к нам пришел кто-то особенный. Этот хотя бы не будет три часа убеждать меня в том, что он реинкарнация Элвиса Пресли.
- Готов спорить, что от его песен настоящий Элвис до сих пор вертится в гробу.
- Ты прав, дорогой, пел он просто ужасно. Итак, мистер Константин, усаживайтесь поудобнее в кресло для посетителей. Меня зовут Тесса Митчелл, и я - Ваш новый лечащий врач. Я чувствую, что Вам есть, чем поделиться со мной. Расскажите же мне все, в подробностях. Как вы докатились....эмм, пришли к такому необычному хобби? Как оказались здесь? Хотелось бы знать: Вас что-то беспокоит или у нас в больнице завелся какой-то монстр, помимо директора, который зажимает деньги на ремонт ну или хотя бы на приличную кофемашину. Но сначала будьте так любезны сдать сигареты, которые не положено иметь пациентам. В противном случае мне придется Вас обыскать и изъять их. Зря так ухмыляетесь, уверяю Вас, Вам это не понравится.

*

Берни - частично обожженное чучело бобра, с которым разговаривает Харли. Берни любит пообщаться. Правда, всем остальным почему-то кажется, что Харли говорит сама с собой, а ей никто не отвечает...но что эти дураки понимают в жизни в целом и в бобрах в частности!
http://1.bp.blogspot.com/-R7lmUWGuRmE/Uwf1nGMLdEI/AAAAAAAABe0/KeWRFKJqPUI/s1600/harley3p35454.jpg

Отредактировано Harleen Quinzel (2018-04-28 23:52:42)

+2

4

Фигуристая.
На фигуристых женщин было приятнее смотреть, чем на тощих сардин, а ещё приятнее пощупать руками все эти фигуристости; Джон с ленцой оценил свое настроение на подобный сеанс психотерапии, но с сомнением покривился на свои мысли. Хватало пока предыдущей сдохшей подружки Эммы, которая приходила всякий раз пилить его. А он-то что? Он виноват, что демон выкинул её в окно? Ну, виноват, конечно, и даже призрачная Эмма была чертовски соблазнительна и хороша, особенно когда не заявлялась к нему и не досаждала предательскими воспоминаниями, восстанавливающими и запахи, и тактильные ощущения. Ладно, брехня.
Джон устало потёр глаза и немного упустил момент, когда в кабинете появился кто-то ещё… а, нет, никого и не было: он вскинул брови, посмотрев в то место, куда обращалась его цыпа-докторша и осклабился. Нет, серьёзно? Они серьёзно пихнули его к какой-то пациентке, играющей в тётю доктора? Или у них и врачи тут поехали кукушкой? Мог быть и призрак, конечно, которого он не видел, а мог и воображаемый друг завестись – в головах таких лапочек чего только не заводится, кроме полезного, вряд ли стоит удивляться.
- Долго катился, лапа, прямо с самого рождения, – где-то с момента, когда чертов папашка решил, что это сынок угробил свою мамашу, а не его собственные геройства. Сложно вырасти во что-то приличное, когда растешь как сорная трава, которую регулярно пытаются выполоть и обзывают убийцей с пелёнок. Ох уж эти милые сердцу воспоминания о детстве и юности со всеми притонами, по которым они шлялись. Если так вдуматься, то Нью Касл был просто неизбежен, как айсберг для Титаника, так что они и вмазались во все это дерьмище с разбегу прыгнув и размахивая руками и ногами на манер лягушек, поглубже ещё закапываясь во всё это, чтобы точно потом уже никогда не выбраться и не отмыться. - Мир, в котором мы все живём, то ещё днище, так что, – он покривил губы. - Хорошо жить, когда ничего не знаешь об этом, но чем-то напоминает русскую рулетку: или пронесет и помрёшь раньше, чем поймёшь, что Ад и Рай существуют, или же не повезёт. Когда не везёт, тогда появляюсь я, – сигареты отдавать он всё равно не собирался, хоть она его разденет и обыщет триста раз, хотя сейчас, немного присмотревшись, он заметил в глазах девицы что-то тревожно напоминающее Ассу, а это было дурным звоночком. Впрочем, Асса всё равно сейчас прохлаждалась где-нибудь опять с суккубом и дриадой, вряд ли она снизошла бы от скуки до розыгрыша такого вида. Хотя… - Ваш директор не монстр. Ну, все люди монстры в той или иной степени, – Джон лениво ухмыльнулся и понял, как сейчас в руках не хватает сигареты, когда руки сами непроизвольно начали её искать хватая воздух; неприязненно поморщился и в который раз подумал, что надо уже завязывать с этими санаториями строгого режима. - Но не тот монстр, для которого нужен экзорцист. Отдохнуть пришёл, – он снова осклабился. - Лечение током, знаешь ли, очень освежает. Хотя тоже уже приелось, так что не знаю, стоит уже подумать о том, чтобы выписаться.
Если по совести, то упечь его сюда могли надолго и лечить упорно и со вкусом, испытывая все новые препараты, которые не тестировали даже на крысах, и аппаратуру, другое дело, что это его надолго всё равно не удержит, да и работать кому-то всё ещё надо.
- А тебе… как там говоришь тебя? Ааа…Митчелл… Ну так вот, тебе про рои жуков рассказать, которые жрут людей изнутри или про тех демонов, которые выворачивают наизнанку после того как отымели во все дыры? А вывернув и распотрошив, собирают как конструктор, заново – хоть из трёх, хоть из пяти человек, - нечто. Или про тех, которые заставляют детей убивать родителей? Про вставших мертвецов или заигравшихся подростков, которые начитаются всяких бложиков в интернете, а потом, о чудо, у них выходит ритуал, только вот прыгают туда, куда не понимают, остаются там и подыхают, истекая кровью один за одним, – он указательным пальцем провёл так, будто считал кого-то по головам, вспоминая все, что ему уже не повезло повстречать, и подался вперёд, опираясь локтями на подлокотники кресла. - Один за одним. В общем-то, непыльная работёнка, но каждый крутится как может, да? Ты вот тут в халатике сидишь и ловишь воображаемых демонов в головах этих овощей, а я прыгаю по всякому дерьмищу и отлавливаю тех, кто выполз из Ада. Ну что, ещё подробностей? Давай, не стесняйся, время-то у нас есть до обеда.
Джон снова откинулся назад и закинул ногу на ногу; курил вроде бы недавно, а снова хотелось.

+1


Вы здесь » Crossray » Другой мир » Смерть - еще не повод для знакомства


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC